Пётр и Феврония наших дней.

Пётр и Феврония наших дней.
Впервые их увидела после реанимации в паллиативе — Григорий и Екатерина. Он — рязанский ВДВ-шник, сильный, громадный, боксер! Катюша — высокая, стройная, улыбчивая. Поженились совсем недавно, и впереди были только счастье, радость и любовь. Но началась СВО. Григорий убывает по приказу на задание. Все выполнили, но нежданный снаряд — и Григорий теряет сознание.
Когда мы зашли в палату в первый раз, увидели, что у Гриши нет части черепа. Худой, измученный болью, он держался молодцом и тихо стонал. Катя гладила его по руке, улыбалась и верила, что Бог может всё исправить.
В самые тяжёлые дни эта хрупкая девочка-тростинка буквально на руках носила мужа, поднимала его, перестилала простыни, позиционировала, мыла, говорила с ним, тормошила и смеялась. Спала рядом на стульчике. Неунывающая, всегда с улыбкой: «Мы справимся!»
А Гриша, как только вернулась речь, всё твердил: «Я встану ради неё. Не допущу, чтобы у моей прекрасной жены был муж-инвалид. Мы с ней после госпиталя пойдём в самый лучший ресторан». И он встал. И снова операции… И снова борьба. И ободряющая улыбка Кати. И Гриша пошёл!
Эти ребята — Пётр и Феврония наших дней. Их любовь святая и чистая творит чудеса! Именно любовь из небытия, болезни и смерти поднимает Григория, даёт опору Кате. Это чудо, простое чудо наших дней!
Перед каждой операцией Катя звонит и просит молитвы о Грише. Грише поставили «купол». Молимся. Гриша пошёл. Молимся. Гриша боксирует. Молимся… Но это капля. Всё самое важное сделала Катя…

Россиянин.ORG